Охота началась: как кредиторы находят имущество российских должников за границей

Суды все чаще отказывают в списании долгов тем, кто пытается спрятать имущество за границей.
Ирина Ли
Когда в российском суде выносится решение о взыскании долга, для кредитора начинается самое сложное. Особенно если должник заранее позаботился о «запасном аэродроме» за границей.
В 94% банкротных дел у должников «нет ничего». Это вовсе не обязательно означает, что должник беден. Вполне вероятно, что он уже «зачистил» имущество. Раньше кредиторы искали недвижимость через открытые реестры, сейчас же они переключились на цифровой след. Рост числа отказов в списании долгов (в 2,6 раза в этом году) показывает, что суды перестали верить в убеждения про отсутствие средств, когда кредитор предоставляет доказательства владения криптоактивами или цепочку переводов через офшоры.

С чего начинается поиск
Должники редко оставляют явные следы. Но любая скрытая схема оставляет цифровой след в документах
По словам адвоката, основателя адвокатского бюро «ЭМ ДЖИ ПИ ГРУПП» Максима Парасочки, взыскание долга при переводе имущества за рубеж — это всегда кропотливая работа с бумагами.
«Важной стадией является анализ сделок, счетов и переводов денежных средств. Все это помогает выявить цепочку движения имущества должника и указывает, где конкретно стоит его разыскивать», — поясняет эксперт в беседе с «Новыми Известиями».
Помимо банковских выписок, важным источником данных становятся… границы. Арбитражные управляющие сегодня внимательно изучают перемещения должника. Запросы в миграционные и пограничные службы часто показывают, в каких странах человек проводит больше всего времени, что косвенно указывает на локализацию его деловых интересов
Инструменты против «занавеса»
Когда направление поиска понятно, в ход идут открытые реестры. Это недвижимость, доли в иностранных компаниях, данные об индивидуальном предпринимательстве. Однако здесь есть подвох: прежде чем делать запрос, нужно понимать, как работает регистрационная система конкретного государства.
«Сначала рекомендуем ознакомиться с регистрационной системой государства и ее правилами. Кроме того, стоит поискать судебные решения иностранных инстанций, где фигурирует ваше имущество», — советует Максим Парасочка.
Сложнее всего, когда дело доходит до исполнения решения суда. Рассчитывать на автоматическое признание российского вердикта за рубежом сейчас почти не приходится. В ход вступают либо двусторонние соглашения, либо принцип взаимности. И именно здесь политика начинает диктовать свои условия. Многие иностранные суды под разными предлогами отказываются признавать решения, вынесенные в России, опираясь на текущую напряженную повестку.

Банкротство как рычаг
Поиск активов сильно зависит от того, в какой процедуре находится должник. Если это обычный спор по контракту — кредитор действует в одиночку. В процедуре банкротства полномочия шире: финансовый управляющий имеет право направлять международные судебные поручения, требуя истребования доказательств. Но и тут есть «но».
«Как указывалось выше, в настоящее время воспользоваться данными инструментами крайне затруднительно по причине натянутых внешнеполитических связей России с некоторыми странами», — констатирует Максим собеседник.
Стоит ли игра свеч?
Сегодня стратегия «найти и вернуть» стала намного дороже. Поиск активов превратился в узкопрофильную деятельность, где успех зависит от знания законов конкретной юрисдикции.
Раньше кредиторы могли действовать по шаблону, теперь же каждый случай требует индивидуального подхода. Часто стоимость «охоты» оказывается сопоставимой с суммой самого долга. Поэтому первый вопрос, который сегодня задают опытные юристы кредиторам: «Вы готовы к долгой игре, где успех не гарантирован на 100%?». Если ответ утвердительный, начинается кропотливый сбор доказательств, который разрушит легенду должника о его полной финансовой неуязвимости.